Учебно-­воспитательные вопросы в системе начального народного образования

Статья преподавателя Тамбовской духовной семинарии священника Александра Быканова посвящена рассмотрению вопросов учебно-воспитательного характера, обсуждавшихся на Съезде уездных наблюдателей церковных школ Тамбовской епархии с 30 июня по 5 июля 1916 г. С начала XX в. подобные съезды проводились во многих епархиях Русской Православной Церкви, однако наибольший интерес в каждом отдельном случае представляет именно региональный компонент.

Для цитирования: Быканов А. С., свящ. Учебно-­воспитательные вопросы в системе начального народного образования (по материалам Съезда уездных наблюдателей церковно-­приходских школ в Тамбовской епархии в 1916 году). DOI: 10.51216/2687-072Х_2023_2_113. EDN: GEISMU // Богословский сборник Тамбовской духовной семинарии. 2023. № 2 (23). С. 113–131.

Учебно-­воспитательные вопросы
в системе начального народного образования
(по материалам Съезда уездных наблюдателей
церковно-­приходских школ
в Тамбовской епархии
в 1916 году)

Священник Александр Сергеевич Быканов
старший преподаватель кафедры библеистики,
богословия и церковной истории Тамбовской
духовной семинарии

Аннотация. Журналы Съезда и доклады некоторых его участников составили эмпирическую базу исследования. Принцип историзма позволил дать характеристику учебно-воспитательному и административному блокам вопросов, рассмотренных на Съезде законоучителей Тамбовской епархии.
Автор акцентирует внимание на практическом опыте церковно-школьных деятелей пореформенного периода. Проблемы, связанные с кадровым дефицитом, уровнем образования учителей, духовно-нравственным воспитанием в начальных учебных заведениях, не теряют своей актуальности в современной педагогической практике. В статье проанализирована работа участников Съезда по наиболее проблемным областям деятельности церковно-­приходских школ Тамбовской епархии.

В целом поднимаемые проблемы касались кадрового обеспечения начальных учебных заведений и духовно-­нравственного воспитания подрастающего поколения. Указанные вопросы рассматривались в условиях военного времени и, как следствие, при остром дефиците финансовых средств. Все журналы Съезда обсуждались на одном из ближайших заседаний Тамбовского епархиального училищного совета, а затем получили утверждение архиепископа Тамбовского и Шацкого Кирилла (Смирнова).
В заключение автором представлены итоги исследования, свидетельствующие, несмотря на ряд трудностей, о достойном уровне развития церковно-школьного дела в Тамбовской епархии во втором десятилетии ХХ в.

Ключевые слова: Тамбовская епархия; Съезд уездных наблюдателей церковных школ; церковно-­приходские школы; епархиальный наблюдатель; уездные наблюдатели; журналы тамбовского Съезда.

Введение

Для церковно-­приходских школ Тамбовской епархии период между двумя революциями характеризовался, несмотря на имеющиеся затруднения, устойчивым развитием. Количество учебных заведений данного типа к началу 1914–1915 учебного года составляло 1058 (1042 одноклассных и 16 двухклассных). В них обучалось 78080 человек (45944 мальчика и 32136 девочек), среднее количество учащихся на одну школу – 75.

В марте-апреле 1913 г. в Тамбовской губернии прошел ряд собраний уездных наблюдателей по вопросу преподавания Закона Божия в начальных земских и министерских школах. Во втором десятилетии XX века для церковных школ епархии назрело много вопросов в учебно-воспитательной, административной и хозяйственной частях, требующих разрешения, обмена мнениями между руководителями на местах. В мае 1916 г. епархиальный наблюдатель А. Е. Андриевский доложил Епархиальному училищному совету о необходимости проведения съезда о. о. уездных наблюдателей церковных школ Тамбовской епархии. Программа предполагаемого съезда была разработана А. Е. Андриевским. Журнальным определением Тамбовского епархиального училищного совета от 17 мая 1916 г., утвержденным архиепископом Тамбовским и Шацким Кириллом (Смирновым), было постановлено провести Съезд о.о. уездных наблюдателей с 30 июня по 6 июля 1916 г.

Актуальность работы заключается в обращении к практическому опыту церковно-­школьных деятелей пореформенного периода. Проблемы, связанные с кадровым дефицитом, уровнем образования учителей, духовно-­нравственным воспитанием в начальных учебных заведениях не теряют своей значимости ив современной педагогической практике. Обозначенные вопросы обсуждались в условиях военного времени и, как следствие, при остром дефиците финансовых средств.

Цель исследования – охарактеризовать состояние церковно-приходских школ Тамбовской епархии в последний период их существования как системы. Озвученные на Съезде проблемы воспитательного и административного характера выступают в прямой связи с тяжелыми условиями военного времени. Журналы тамбовского Съезда и другие подобные материалы изучаемого периода можно охарактеризовать как часть подведения итогов по всей эпохе существования системы начального церковного образования, ведущей начало от утверждения в 1884 г. «Правил о церковно-приходских школах».

Научная новизна работы заключается во введении в научный оборот материалов, опубликованных в «Тамбовских епархиальных ведомостях» в 1917 г. Материалы исследования могут найти применение в рамках учебного курса духовных семинарий, центров дополнительного церковного образования и православных гимназий.

В качестве основного метода исследования заявлен принцип историзма, позволивший дать характеристику учебно-воспитательному и административному блокам вопросов, рассмотренных на Съезде законоучителей Тамбовской епархии.

Объектом исследования являются журналы заседаний Съезда и отдельные доклады его участников. Предмет исследования составляет положение церковно-­школьного дела в Тамбовской епархии в учебно-­воспитательном отношении в условиях Первой мировой войны.

Основная часть

Главной обязанностью уездных наблюдателей был контроль над образовательной деятельностью церковных школ в уездах. Избирались они из приходских священников, имевших опыт в организации и ведении церковно-­школьного дела [1]. В целях объединения руководства учебно-­воспитательным делом и совместного обсуждения разных сторон церковно-­школьной жизни епархиальным наблюдателем устраивались собрания или съезды уездных наблюдателей, решения которых обсуждались на заседаниях Епархиального училищного совета, а затем представлялись на утверждение правящему архиерею [2].

В состав Тамбовского съезда вошли все уездные наблюдатели во главе с епархиальным наблюдателем, который председательствовал на заседаниях. Между заседаниями работали 9 комиссий Съезда. Комиссии занимались проработкой докладов и подготовкой соответствующего материала к каждому из вопросов программы. Итоги работы комиссий передавались Съезду для окончательного обсуждения и принятия решений. Местом проведения Съезда стали здание Ольгинской женской второклассной школы при Вознесенском женском монастыре г. Тамбова и зал заседаний Епархиального училищного совета.

Программа Съезда состояла из 4-х блоков вопросов: административного, учебно-­воспитательного, хозяйственного, а также вопросов общего характера.

Перед открытием Съезда 30 июня в Крестовой церкви Казанского мужского монастыря г. Тамбова архиепископом Тамбовским и Шацким Кириллом (Смирновым) в присутствии председателя Епархиального училищного совета епископа Козловского Зиновия (Дроздова), викария Тамбовской епархии, и всех участников был совершен молебен на начало благого дела. На первом заседании решили все вопросы разделить на группы и передать их на предварительное рассмотрение комиссиям (в составе 3–5 человек из числа наблюдателей). Заседания Съезда проводились ежедневно дважды – утром с 10:00 и вечером с 18:004.

В условиях военного времени одной из самых остро стоящих проблем стало материальное содержание церковных школ. Тем не менее главной темой для участников Съезда стала учебно-воспитательная часть работы. Совпадая своими программами с начальными школами других ведомств, церковные школы отличались в значительной мере именно воспитательным направлением, которое ставилось «во главу угла» [3, с. 187–188].

Несмотря на заранее утвержденный состав комиссии по данному вопросу, в ее работе принимала участие большая часть наблюдателей. Участники Съезда отметили, что внешняя религиозность – начало и окончание дня молитвой, обязательное посещение богослужений в воскресные и праздничные дни, соблюдение поста, «исполнение религиозных действий» – реализуется повсеместно. Однако основное внимание следует направить на повышение качества преподавания Закона Божия. По заявлению наблюдателей, успеваемость по данному предмету начинала снижаться. Главная причина виделась в быстром количественном росте земских школ, из-за чего на одного священника нередко возлагалось законоучительство в трех-четырех школах. Таким образом, законоучителям приходилось проводить 20–22 урока в неделю, что снижало качество преподавания. Именно поэтому «сокращается число уроков, минимумы требований программы обращаются в максимумы, а успехи по Закону Божию постепенно падают». Участниками Съезда было принято решение разгрузить священников от законоучительских обязанностей в нескольких школах, оставив преподавание не более чем в двух. В случае необходимости преподавание Закона Божия можно было поручить «правоспособным учащим… известным Уездному Наблюдателю своей религиозною настроенностью». В местностях, где, помимо православных христиан, проживали сектанты и инославные, больше внимания решили уделять апологетической составляющей курса, приобретая для этих целей рекомендованные учебные пособия. Отдельным постановлением Съезда вменялось в обязанность учащим правильно и с благоговением налагать на себя крестное знамение и приучать к тому же учащихся.

При рассмотрении вопроса о патриотическом воспитании особо отмечалось, что «в настоящие тяжелые для Родины дни, когда только общая любовь к Отечеству… может помочь Родине со славой выйти из постигшего ее тяжелого несчастья, необходимо воспитание в школьниках, а через них и в народе, горячего, разумного патриотического чувства».
В целях повышения уровня патриотического воспитания рекомендовалось на четвертом году обучения разделить русскую историю и географию на отдельные предметы (по одному уроку в неделю). При изучении русской истории и на уроках русского чтения следовало особое внимание уделять героям Отечества и печальникам за Святую Русь; также признавалось важным изучение стихотворений исторического и патриотического содержания. Значимые исторические даты должны были стать школьными праздниками с чтением исторических стихотворений, пением гимнов и патриотических песен и постановкой живых картин. В торжественные исторические дни обязательно следовало посещать со школьниками богослужения. Необходимо было привлекать учеников к деятельному участию в благотворительности, сборах на военные нужды. Школьные библиотеки должны были пополняться изданиями из раздела родной истории и географии.

При обмене мнениями относительно эстетического воспитания школьников участники заседаний признали, что в учебном процессе этому уделялось мало внимания. Объяснялось это, прежде всего, неподготовленностью к педагогической деятельности самих учителей. Большие надежды возлагались на появление более подготовленных педагогов, для которых стремление дать возможное эстетическое воспитание станет одной из главных забот.

Среди рекомендуемых мер эстетического воспитания можно упомянуть следующие:
– приучение школьников к чистоте и порядку;
– обращение с детьми «в духе кротости и любви»;
– посадка деревьев и цветов на школьных участках или около собственных домов и на кладбищах;
– общие игры под руководством учащих;
– преподавание педагогической гимнастики и проведение экскурсий;
– приучение школьников к пению детских и патриотических песен, гимнов, духовных кантов, могущих вытеснить из употребления так называемые «частушки»;
– выразительное чтение стихотворений и басен в лицах;
– выработка каллиграфии на уроках чистописания;
– выдача окончившим курс книги Святого Евангелия.

Участники Съезда тщательно рассмотрели учебную программу церковно-приходских школ. Внесли в преподавание бóльшее однообразие, по каждому предмету дали конкретные методические рекомендации. Так, по церковно-­славянскому языку рекомендовали стремиться к свободному переводу текста на русский; Евангелие предлагалось читать не по порядку, а согласно церковному календарю богослужебных чтений. Уездным наблюдателям при посещении школ советовали «выяснять великое значение Евангелия и внушать детям благоговейное отношение к нему», такой же пример должны были подавать и учителя. Следовало приучать детей к бережному отношению к священной книге и содержанию ее в особенной чистоте.

При обсуждении программы по церковному пению было указано на необходимость организации при школах церковных хоров из учащих и учащихся. Съезд постановил, что программа по церковному пению в школах «по своей обширности и вследствие неподготовленности к этому делу учащих лиц» не выполнима. Поэтому предлагалось считать достаточным на первое время изучать в школе напевы всех песнопений, положенных по чину утренней молитвы, тропари двунадесятых праздников и неизменяемые песнопения литургии и всенощного бдения.

По русскому языку не рекомендовалось вести преподавание по-новому (для начала XX века) «словозрительному» методу (метод целых слов): ознакомиться с данной методикой следовало на будущих учительских курсах. Был дан ряд рекомендаций по преподаванию арифметики, чистописания, а также «выработке устной и письменной речи». Советам второклассных школ рекомендовалось знакомить учащихся с устройством общих игр, экскурсий, педагогической гимнастикой, декламацией, выразительным чтением, изучением местных церковных кантов, методами преподавания устного счета.

На страницах педагогических журналов школьные деятели неоднократно отмечали, что сельская школа «слишком оторвана от жизни и должна быть приближена к нуждам и запросам местнаго населения». Здесь имелось в виду введение в школах сельско‑хозяйственных занятий и иных практических навыков. Указывалось, что сельскохозяйственная деятельность учащих в церковных школах являлась случайной и малопродуктивной, отчасти из-за слабой подготовки самих учащих, но главным образом по причине недостатка денежных средств.

Тамбовский Съезд предложил собрать статистику по имеющимся ресурсам для преподавания пчеловодства; по возможности следовало начать практические занятия. Развитие пчеловодства поощрялось и ранее, однако с началом войны выяснилось, что в этом отношении Россия «в кабале у немца, и в ближайшем будущем нам грозит восковой голод». Пчеловодство в то время среди тамбовского крестьянства велось самым примитивным способом. Хорошо организованная при церковной школе пасека могла бы явиться «рассадником пчеловодства среди окрестного населения». Поступило предложение в ближайшее время провести общеепархиальные курсы по пчеловодству для учителей церковных школ, а также приглашать инструкторов по пчеловодству из лучших учителей
и учительниц во второклассных школах.

Введение занятий по садоводству и огородничеству признавалось затруднительным. В качестве причин указывались недостаток при школах участков земли (69 десятин на 1045 одноклассных и 16 двухклассных школ), неподготовленность учащих, их отъезд на летние каникулы и совершенное отсутствие средств на ограждение имеющихся участков земли и оплату труда. Преподавание ремесел велось только в четырех школах епархии; первоочередной проблемой здесь также было отсутствие средств. Гораздо лучше обстояло дело с рукоделием, преподававшимся в большинстве женских школ. Однако, по мнению участников Съезда, на этот предмет не обращалось серьезного внимания. Преподавался он без
какой‑либо системы и без заботы о том, чтобы школьницы научились тому, что потребуется им в жизни (вязание чулок, кройка и шитье). На заседаниях комиссии была разработана программа преподавания рукоделия, одобренная впоследствии Епархиальным училищным советом.
На заседаниях Съезда рассматривался вопрос о самообразовании учителей. Школьным педагогам невозможно было оставаться с запасом первоначальных теоретических и практических знаний.
Отмечалось, что одним из средств совершенствования являлось чтение специализированной литературы. Кроме того, сельский учитель нуждался и в «печатных произведениях для легкаго чтения, за которым он мог бы отдохнуть умом и сердцем на художественных образах родной литературы». Также выяснилось, что учительских библиотек при церковных школах епархии не было; приобретать книги на собственные средства учителя могли очень редко. В некоторых уездах существовали городские и земские библиотеки, однако школьные учителя не всегда могли найти в них необходимую литературу, да и доступ в такие библиотеки был ограниченным.

По данным официальной статистики, в 1914 г. в Тамбовской губернии одна сельская народная библиотека приходилась в среднем на 95,8 кв. верст и 5600 жителей [4]. Таким образом, организация собственных церковных учительских библиотек была просто необходима. Их массовое открытие могло содействовать просвещению и повышению грамотности населения, борьбе с безграмотностью после окончания начальной школы в крестьянской среде [5].

Отмечалось, что и ученические библиотеки также начали приходить в упадок, так как с 1911 г. практически не обновлялись. Уездные отделения из-за отсутствия средств не имели возможности открывать новые библиотеки и обновлять существующие. Особенно остро встал этот вопрос в военные годы, когда в селах увеличился спрос на «книжку». Был заслушан доклад Борисоглебского уездного наблюдателя Г. В. Дмитриева, предлагавшего открыть в каждом уезде 10 передвижных библиотек.

По мнению докладчика, следовало открыть одну учительскую библиотеку при уездном отделении, единовременно затратив от 150 до 200 руб., а затем ежегодно пополнять её выпиской новых книг. Со временем можно открыть филиальные отделения учительских библиотек и в других населенных пунктах, где имелись церковные школы. При единовременной затрате до 200 руб. предлагалось составить 10 передвижных библиотек для чтения, от 75 до 80 книг в каждой, и направлять их по разработанному маршруту из школы в школу (на 20 дней), обеспечивая таким образом их обслуживание в продолжении учебного года.

Тамбовский епархиальный училищный совет на свои средства предложил открыть передвижные библиотеки при двух любых отделениях (по указанию епархиального наблюдателя). Для этих целей ассигновалось по 100 руб. на каждую библиотеку с тем условием, чтобы к ним были присоединены и местные средства выбранного отделения.

Съезд обсудил тему организации народных чтений и воскресных школ для взрослых. Такие школы создавались для обучения взрослых крестьян, ремесленников и рабочих, а также трудящихся детей, ранее не имевших возможности учиться. В рамках их деятельности формировалось понимание ценности образования: осознавалась его значимость не только для социума, но и для отдельной личности, для раскрытия ее внутреннего духовного потенциала [6].

К концу 1914 г. в Российской империи действовало только 100 воскресных школ (6 мужских, 38 женских, 56 смешанных), в которых числилось ок. 7000 обучающихся. Небольшое количество учебных дней вынуждало проходить программу одноклассной ЦПШ по возможности. К сокращению численности воскресных школ, в одной стороны, приводили экономические проблемы; ассигнования из казны не могли исправить положение [7]. С другой стороны, открытие воскресной школы, приравненной «Правилами» 1902 г. к одноклассной церковно-­приходской, создавало дополнительные сложности сельскому духовенству [8].

В Тамбовской епархии к началу 1916 г. действовало только 3 воскресных школы – в г. Тамбове (25 учащихся), г. Липецке (для учащихся школьного возраста, число не указано) и в с. Озерки Козловского уезда (45 учащихся 15–20 лет). По всей видимости, именно по причине малочисленности школ этого типа вопрос о них на Съезде не поднимался.

Участники Съезда отметили, что «в настоящее время среди сельского населения небывалый спрос на книгу и газету»29. В качестве главной причины таких перемен указывается «переживание нашей Родиной военных событий, приковавших к себе мысль и сердце населения, и отрезвление народа, давшее населению возможность проводить свой досуг не в шинках и трактирах, как это было прежде». К 1916 г. народные чтения проводились во всех уездах епархии, однако постановку дела нельзя было назвать удовлетворительной: в качестве главного недостатка указывалось отсутствие системы. Подходящего материла для проведения чтений в школах епархии было мало, поэтому и чтения в большинстве случаев носили случайный характер. Таким образом, предоставление технических средств, и прежде всего «световых картин», приобретение которых было достаточно сложным из-за их стоимости и необходимости постоянного обновления, являлось обстоятельством, сдерживающим проведение народных чтений [9].

Серьезной проблемой для епархии было качество профессиональной подготовки школьных учителей. Несмотря на то что почти все педагоги обладали необходимым свидетельством об образовании, служба в церковных школах была сложнее и менее привлекательна для квалифицированных учительских кадров. Главной причиной этого было низкое жалование, увеличить которое не позволяло отсутствие местных источников финансирования [10].

По мнению участников Съезда, «добрая половина учащих церковных школ комплектуется из недостаточно подготовленных к учительскому делу лиц, нередко случайно выдержавших экзамен на учительское звание». Главным средством для изменения ситуации к лучшему могло стать проведение педагогических курсов. На Съезде был затронут вопрос и об организации порайонных педагогических совещаний для учителей. При первой возможности предлагалось провести общеепархиальные педагогические курсы и порайонные совещания (для 8–10 школ), а также краткосрочные курсы по церковному пению.

Нередко указывалось на то, что в большинстве церковных школ на низком уровне оставалось преподавание пения. Зачастую все сводилось к научению наиболее способных учащихся церковным напевам по слуху, нередко в искаженном виде; об обучении нотному пению совсем не заботились. Таким образом, возникла необходимость проведения курсов повышения квалификации также и для преподавателей указанного предмета.

Свои рекомендации по проведению курсов церковного пения составил Тамбовский епархиальный наблюдатель церковных школ А. Андриевский. В целях лучшей постановки пения, по его мнению, необходимо было изучать со школьниками мелодии местного церковного напева, как знакомого детям с раннего детства. Вместе с тем сборники местных церковных песнопений, положенных на ноты, в Тамбовской епархии отсутствовали, что негативно сказывалось на процессе обучения. С этой целью А. Андриевский сделал переложение местных церковных песнопений на три голоса в простейшей гармонизации, а также в тоне, доступном диапазону детских голосов. Расходы по организации курсов, при условии, что преподаватели будут вести занятия бесплатно и курсисты будут содержаться за свой счет, пользуясь бесплатным помещением в одной из школ города, составляли 50 руб. Имеющийся опыт показал, что учащие с готовностью несут расходы по содержанию на курсах и проезду.

Завершилась работа Съезда 5 июля 1916 г. По его закрытии участниками Съезда во главе с председателем Тамбовского епархиального училищного совета епископом Козловским Зиновием (Дроздовым) в Спасо-­Преображенском кафедральном соборе у мощей святителя Питирима был отслужен благодарственный молебен. Десять журналов Съезда с приложениями были представлены епархиальным наблюдателем Епархиальному училищному совету, который представил их со своими заключениями на рассмотрение правящего архиерея. 2 сентября 1916 года журналы Епархиального училищного совета с постановлениями по журналам Съезда о.о. наблюдателей были утверждены архиепископом Кириллом (Смирновым).

Заключение

Проведение Съезда стало важным событием для церковно-­школьного дела Тамбовской епархии. Собравшиеся священники-­практики смогли обсудить перечень актуальных тем. Большинство постановлений комиссий Съезда по учебно-­воспитательной части было положительно воспринято Тамбовским епархиальным училищным советом и получило одобрение. Часть вопросов (по большей части имевших финансовую составляющую), нуждавшаяся в дополнительном изучении, была принята к рассмотрению. Не упоминается ни о каких сложностях при утверждении журналов Съезда правящим архиереем, который имел личную заинтересованность в церковно-­школьных делах.

Те случаи, когда Училищный совет все же выражал свое несогласие с решениями Съезда, относились к области скорее бюрократической. Так, было отклонено предложение о ходатайстве перед Синодальным училищным советом (во избежание лишней переписки) о предоставлении уездным отделениям права самостоятельно предоставлять отпуск учителям по болезни на срок до 2-х месяцев (это право принадлежало только Епархиальному училищному совету).
Из рассмотренных материалов следует, что вследствие финансовых трудностей начальство рекомендовало перераспределять расходы в рамках имеющейся сметы или (чаще всего) заняться поиском местных средств. Вышеупомянутый факт об ассигновании на открытие двух передвижных библиотек 200 руб. является исключением.
Таким образом, можно сделать вывод, что качественное развитие церковно-­приходских школ Тамбовской епархии не останавливалось даже в условиях военного времени. Подтверждением тому стало проведение Съезда уездных наблюдателей, его дискуссионное поле, а также продуктивное взаимодействие всех участников с Епархиальным училищным советом и правящим архиереем.

Список литературы

1. Козлов, К. В. Уездные наблюдатели в системе управления церковными школами в епархиях центрального Черноземья в конце XIX – начале XX веков / К. В. Козлов, Е. Н. Меньшикова. – DOI: 10.52575/2687-0967-2022-49-1-119-129 // Via in tempore. История. Политология. – 2022. – Т. 49, № 1. – С. 119–129. – URL: https://cyberleninka. ru/article/n/uezdnye-­nablyudateli-v-sisteme-­upravleniya-tserkovnymi-shkolami-v-eparhiyah-­tsentralnogo-chernozemya-v-kontse-xix-nachale-xxvekov (дата обращения: 05.01.2023).

2. Красницкая, Т. А. Система управления церковными школами в дореволюционной России (на материалах Владимирской и Костромской губерний) / Т. А. Красницкая. – EDN: PXOFNT // Вестник Православного Свято-­Тихоновского гуманитарного университета. Серия 2: История. История Русской Православной Церкви. – 2011. – № 5 (42). – С. 14–29.

3. Житенев, Т. Е. Церковноприходские школы в России. 1884–1918 гг. : специальность 07.00.02 «Отечественная история» : диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук / Житенев Тимофей Евгеньевич ; Московский государственный университет им.М. В. Ломоносова. – Москва, 2004. – 301 с. – URL: https://freereferats. ru/product_info.php?products_id=32950 (дата обращения: 09.01.2023).

4. Медведева, О. В. Формирование сети библиотек в Тамбовской губернии (вторая половина XIX – нач. XX в.) / О. В. Медведева // ТОГБУК «Тамбовская областная универсальная научная библиотека им. А. С. Пушкина» : официальный сайт. – URL: http://www.tambovlib. ru/?view=conferenc.2007.medvedeva (дата обращения: 08.01.2023).

5. Соловьев, А. А. Библиотеки церковно-­приходских школ в Костромской губернии в конце XIX – начале ХХ века / А. А. Соловьев. – EDN: ONIUQD // Библиосфера. – 2011. – № 4. – С. 15–19. – URL: https:// cyberleninka.ru/article/n/biblioteki-­tserkovno-prihodskih-­shkol-vkostromskoy-­gubernii-v-kontse-xix-nachale-hh-veka (дата обращения: 05.01.2023).

6. Попинова, М. В. Развитие воскресных школ в России как форма образования взрослых: середина XIX – начало ХХ веков : специальность 13.00.01 «Общая педагогика, история педагогики и образования» : автореферат диссертации кандидата педагогических наук / Попинова Марина Вячеславовна ; Ярославский государственный педагогический университет им. К. Д. Ушинского. – Ярославль, 2001. – 245 с. – URL: https://www.dissercat.com/content/razvitie-­voskresnykh-shkol-v-rossii-kak-formy-­obrazovaniya-vzroslykh-seredina-xix-nachalo-xx (дата обращения: 09.01.2023).

7. Агеева, А. В. Церковно-­приходские воскресные школы: история возникновения и тенденции развития / А. В. Агеева. – EDN: MWCEXB //Вестник Православного Свято-­Тихоновского гуманитарного университета. Серия 4: Педагогика. Психология. – 2010. – № 3 (18). – С. 58–66.

8. Козлов, К. В. К истории православного внешкольного образования в России во второй половине XIX – начале XX веков: церковные воскресные школы / К. В. Козлов. – EDN: RKNJEL // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. – 2012. – № 13 (123). – С. 134–140. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/k-istorii-­pravoslavnogo-vneshkolnogo-obrazovaniya-v-rossii-vovtoroy-­polovine-xix-nachale-xx-vekov-­tserkovnye voskresnye-­shkoly (дата обращения: 05.01.2023).

9. Козлов, К. В. Народные чтения в системе внешкольного религиозного просвещения Русской Православной Церкви в конце XIX – начале XX вв. / К. В. Козлов, В. П. Касаткин, А. И. Молчанов // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. – 2011. – № 19 (114). – С. 150–156. – EDN: PYOVOB. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/narodnye-­chteniya-v-sisteme-vneshkolnogo-religioznogo-­prosvescheniya-russkoy-­pravoslavnoy-tserkviv-kontse-xix- nachale-xx-vv (дата обращения: 05.01.2023).

10. Житенев, Т. Е. Деятельность Русской Православной Церкви в сфере народного образования в конце XIX – начале ХХ века / Т. Е. Житенев // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. – 2012. – № 19 (138). – С. 109–113. – EDN: RKNJRD – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/deyatelnost-­russkoypravoslavnoy-tserkvi-v-sfere-­narodnogo-obrazovaniya-v-kontse-xixnachale-hh-veka (дата обращения: 09.02.2023).